Ущерб репутации компании

ВС РФ рассказал, как подтвердить наличие ущерба деловой репутации юридического лица и получить компенсацию

Организации в отличие от физических лиц не могут претендовать на возмещение им морального вреда при распространении сведений, порочащих их деловую репутацию (п. 11 ст. 152 Гражданского кодекса). Однако это не исключает возможности требовать возмещения ущерба, причиненного такими действиями. Верховный суд Российской Федерации рассказал, в каком случае юридические лица могут рассчитывать на получение компенсации за умаление их деловой репутации (п. 21 Обзора судебной практики ВС РФ № 1, утв. Президиумом ВС РФ 16 февраля 2017 г.).

На сайте издания, учредителем которого является «М», 17 апреля 2014 года была опубликована статья содержащая информацию о том, что администрация Университета нарушает ст. 29 Конституции РФ, гарантирующую гражданам свободу слова.

Поскольку эта публикация распространяла не соответствующие действительности сведения, деловой репутации Университета был причинен вред, который он оценил в 1 млн руб. Однако общество «М» отказалось его компенсировать.

Поэтому Университет обратился с иском в суд и просил признать опубликованные на сайте сведения не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию, обязать общество удалить статью с сайта и разместить текст опровержения на главной странице, а также взыскать с «М» 1 млн руб. в качестве компенсации вреда. Факт размещения указанной статьи на сайте истец подтвердил протоколом осмотра доказательств от 5 мая 2015 года, составленным нотариусом.

Суд первой инстанции частично удовлетворил заявленные требования – он согласился с тем, что статья порочит деловую репутацию Университета, и обязал ответчика удалить ее, разместив текст опровержения на главной странице в открытом доступе. А вот взыскивать компенсацию вреда суд не стал (решение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11 ноября 2015 г. по делу № А56-58502/2015). Свою позицию он, сославшись на п. 11 ст. 152, п. 1 ст. 1064 ГК РФ, объяснил тем, что вред, причиненный юридическому лицу, носит имущественный характер, что исключает возможность присуждения юридическому лицу неимущественного вреда, в какой бы форме он ни выражался. Тем не менее, суд признал, что истец имел бы право на компенсацию убытков, если бы подтвердил, что распространение сведений привело к потерям имущественного характера в указанном размере.

Университет с этим не согласился и обжаловал решение в апелляции, которая акт нижестоящего суда отменила и взыскала в пользу истца 1 млн руб. компенсации вреда (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 1 февраля 2016 г. № 13АП-32346/15). Юридическое лицо, чье право на деловую репутацию нарушено, по мнению суда, вправе требовать возмещения ему нематериального вреда, если доказаны общие условия деликтной ответственности (наличие противоправного деяния со стороны ответчика, неблагоприятных последствий этих действий для истца и причинно-следственной связи между этим). Суд также отметил, что общество «М»:

  • распространило сведения, не соответствующие действительности и порочащие деловую репутацию Университета;
  • разместило эту информацию в Интернете, в результате чего неопределенное и неограниченное число пользователей получило к ней свободный доступ.

Таким образом, порочащие истца сведения получили неограниченную степень распространения. А, значит, и заявленный размер компенсации вреда вполне обоснован.

Общество «М» не согласилось с обязанностью выплатить истцу компенсацию вреда и обратилось с жалобой в кассацию, которая отменила апелляционное постановление, оставив в силе решение суда первой инстанции (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13 апреля 2016 г. № Ф07-1147/16).

Университет, пояснил суд, при рассмотрении дела не представил доказательств того, что после опубликования спорной статьи снизился спрос потребителей на оказываемые им услуги или наступили другие отрицательные для него последствия.

Суд отметил, что несмотря на то, что ст. 152 ГК РФ исключает возможность компенсации юридическому лицу морального вреда в случае умаления его деловой репутации, это не мешает ему заявлять требования о возмещении вреда, причиненного репутации (Определение КС РФ от 4 декабря 2003 г. № 508-О).

При этом под вредом, причиненным деловой репутации, следует понимать всякое ее умаление, которое проявляется, например, в наличии у юридического лица убытков, обусловленных распространением порочащих сведений и иных неблагоприятных последствиях в виде утраты конкурентоспособности, невозможности планирования деятельности и т. д.

Однако одного лишь факта распространения ответчиком сведений, порочащих деловую репутацию истца, недостаточно для того, чтобы сделать вывод о причинении деловой репутации ущерба, и для выплаты денежного возмещения, добавил ВС РФ. Истец при этом должен подтвердить:

  • наличие сформированной репутации в той или иной сфере деловых отношений (промышленности, бизнесе, услугах, образовании и т. д.);
  • наступление для него неблагоприятных последствий в результате распространения порочащих сведений;
  • факт утраты или снижения доверия к его репутации.

Университет, в свою очередь, ссылался на предоставление обществом «М» свободного доступа к порочащей истца информации неопределенному и неограниченному числу пользователей. Но не предоставил ни доказательств, свидетельствующих о своей репутации, сформированной до публикации на сайте оспариваемой статьи, ни доказательств, позволяющих установить наличие неблагоприятных для него последствий в результате такой публикации.

Отсутствие таких доказательств, пояснил Суд, во-первых, мешает сделать вывод о том, что судебного решения об опровержении порочащих репутацию сведений недостаточно для восстановления баланса прав участников спорных правоотношений. А во-вторых, не позволяет определить размер справедливой компенсации.

С учетом этого ВС РФ признал отказ кассации во взыскании с ответчика компенсации за распространение сведений, порочащих деловую репутацию университета, обоснованным и оставил жалобу истца без удовлетворения.

Потеря деловой репутации

Потеря деловой репутации — снижение доверия к компании или физическому лицу в результате утечек информации и вредоносной деятельности киберпреступников.

Привести к потере деловой репутации могут как информация, связанная с текущей деятельностью, так и сведения о давних событиях. Иногда порочащие сообщения правдивы, в других случаях — целиком и полностью ложны. Однако так или иначе даже маленький, запущенный с целью слегка запятнать человека слух может вырасти в грандиозный скандал. Негативные новости об известных персонах и компаниях пользуются гораздо большим успехом, чем хорошие.

Репутационную атаку можно разделить на две стадии. На первой из них компрометирующая информация доводится до целевой аудитории. На втором этапе недоброжелатели, наемные авторы и просто любители слухов выдают массу статей, обсуждений, комментариев, рисуют коллажи и карикатуры, упражняются в остроумных прозвищах.

У большинства людей нет времени разбираться во всех аспектах жизни человека или организации, и они охотно принимают яркое, броское, характерное изображение жертвы, совершенно не заботясь о том, насколько оно соответствует действительности. Поэтому исправить репутацию невероятно трудно, а порой и вообще невозможно.

Классификация причин потери деловой репутации

Причиной потери репутации может стать любая компрометирующая информация, однако большинство негативных новостей принадлежат к одной из нескольких больших категорий.

  • Финансовые мошенничества и злоупотребления. Колоссальная роль денег в обществе побуждает компании зарабатывать их любыми, в том числе и не совсем законными, методами. К числу наиболее распространенных, применимых практически к любой компании обвинений относятся уклонение от уплаты налогов, дача или получение взятки. Изощренные схемы мошенничества связаны преимущественно с бизнесменами и финансистами.
  • Обвинения во лжи, клевете, лицемерии. Каждому человеку время от времени приходится говорить неправду. Иногда это — вынужденная мера, но случаев обмана с неблаговидными целями тоже очень много. И любой такой инцидент, ставший достоянием общества, серьезно подрывает репутацию человека: как доверять тому, кто лжет? Даже единичный, но часто упоминаемый факт неискренности или непоследовательности может создать репутацию закоренелого лжеца.
  • Неосторожные, провокационные высказывания. Иногда, чтобы стать врагом большой группы людей (а то и всего общества), необязательно совершать теракты или подрывать государственные устои: достаточно нескольких неосторожных слов. Одно негативное высказывание в адрес чернокожих или евреев — и человека клеймят как расиста и антисемита, одна фраза в пользу сексуальной свободы — и гарантирована репутация аморального развратника. При этом человек может не разделять приписываемых ему взглядов, а реплика — быть вырванной из контекста, но это уже никого не заинтересует. Ярлык навешен, репутация безнадежно испорчена.
  • Личная жизнь сотрудников. Семейная и сексуальная жизнь являются неизменным объектом интереса публики. Тайные и явные партнеры, внутрисемейные дрязги, случайные связи давно стали основным материалом большинства светских хроник, таблоидов и других информационных ресурсов схожего рода.
  • Низкокачественная продукция. Эта категория репутационных потерь относится к коммерческим фирмам. Иногда подобные слухи имеют под собой основания, в других ситуациях — являются вымышленными. Стремясь победить конкурентов, компания напряженно работает над снижением издержек и себестоимости, предлагает более дешевый товар — и тогда конкуренты запускают слухи о том, что дешевизна обусловлена низким качеством.
  • Пренебрежение экологией. В современном мире такие обвинения наиболее опасны опять же для коммерческих компаний. Очень многие потребители весьма трепетно относятся к экологическим вопросам, а природоохранные организации пользуются огромным, в том числе и политическим, влиянием. Поэтому обвинения в нарушении экологических норм способны вызвать отток клиентов, многочисленные проверки с наложением внушительных штрафов, принятие новых законодательных и регулирующих актов, усложняющих профильную деятельность компании и повышающих издержки.
Читать еще:  Материальным признаком преступления признается

Цели репутационных атак

Объектом обоснованных либо вымышленных обвинений может стать любая сколько-нибудь известная персона или организация.

  • Политические и общественные деятели. Такие лица в наибольшей степени подверженны репутационным атакам, поскольку успех их деятельности напрямую зависит от поддержки общества. В ход идут все возможные типы обвинений, даже не связанные с основной деятельностью; главное — создать образ нечистоплотного человека, тогда о политической карьере можно будет забыть.
  • Бизнесмены. Потеря деловой репутации очень болезненна для бизнеса. Наиболее часто компании обвиняются в уклонении от уплаты налогов, финансовых махинациях и аферах, чтобы оттолкнуть клиентов либо деловых партнеров. Значительную опасность представляют обвинения в антисемитизме, расизме и т.п., способные не только вызвать отторжение у больших групп потенциальных клиентов, но и породить многомиллионные иски. Личная жизнь пользуется гораздо меньшим интересом: все же бизнесменов оценивают в первую очередь по деловым качествам.
  • Звезды шоу-бизнеса, спортсмены. Здесь, наоборот, личная жизнь выходит на первый план. Звездные пары, звездные браки, измены и разводы, интимные фотографии составляют львиную долю «гламурного» контента. Провокационные высказывания способны как оттолкнуть часть публики, так и привлечь тех, кто тайно или явно придерживается аналогичных взглядов. В свою очередь, случаи лжи или неуплаты налогов редко вызывают неприязнь у поклонников: люди легко поверят любым оправданиям кумира или даже придумают их сами.
  • Журналисты и другие представители СМИ. Для этой категории лиц самое страшное обвинение — клевета, постановочные и выдуманные (фейковые) материалы. Если журналист хотя бы раз солгал, он утрачивает общественное доверие. При этом нередко данный тезис распространяется и на всё СМИ, в котором он работает.
  • Коммерческие и некоммерческие организации. У всякой фирмы есть конкуренты, у каждой организации — идеологические противники. Малейший намек на обман клиентов, лицемерие и отход от декларируемых принципов, нарушение законов и общественных норм хотя бы одним сотрудником соперники с готовностью используют для дискредитации всей организации.

Источники репутационных потерь

Хотя потеря деловой репутации возможна и по причине выдуманных историй, гораздо чаще причиной скандалов служит настоящее поведение человека. Тот, кто готов использовать сомнительные схемы ради минимизации налогов, регулярно лжет и позволяет себе хамские, оскорбительные высказывания, помимо законной жены имеет любовницу, должен понимать, что в информационном мире все это может легко стать достоянием широких масс.

Если раньше фото- и видеосъемки проводились в специальных студиях либо с помощью хитроумных шпионских схем и скрытой техники, то сейчас обилие камер наблюдения, автомобильных регистраторов, мобильных телефонов позволяет с легкостью фиксировать большинство шагов человека. Поэтому даже когда рядом нет оператора с камерой, следует учитывать возможность попасть в объектив городского или корпоративного видеонаблюдения, случайного фотографа.

Еще один важный источник утечек — электронная почта и другие каналы связи. Почтовый аккаунт можно взломать, любые переговоры — подслушать. Соответственно, пользоваться любой связью надо с учетом возможности перехвата сообщений, а при передаче особо важной информации нужно принимать дополнительные меры для защиты.

Анализ риска потери деловой репутации

Риск репутационной атаки напрямую зависит от медийности персоны, самого факта компрометирующего поведения, наличия конкурентов и врагов, а также близости значимых событий. Компромат на политиков выбрасывается во время предвыборной гонки, для бизнесменов и компаний очень важны выход на IPO или переговоры о выгодных контрактах, а интерес к жизни спортсменов растет в преддверии крупных соревнований.

В целом любых общественно порицаемых действий следует избегать; если уклониться от них невозможно, то необходимо действовать максимально осторожно. Важно помнить, что в информационном мире почти каждый шаг человека фиксируется, даже когда он об этом не подозревает. Особое внимание стоит уделить публичным встречам и мероприятиям: помимо желающих пообщаться и задать вопросы там могут быть и провокаторы. В разгаре острой дискуссии легко бросить резкие, оскорбительные не только для провокатора, но и для обширной группы других людей слова, а недоброжелатели изобразят эти высказывания как жизненную позицию.

Конфиденциальная, а тем более компрометирующая информация должна храниться и передаваться только в зашифрованном виде и по надежным каналам связи. Общедоступные почтовые сервера, Skype, ICQ и другие мессенджеры таковыми не являются.

Стоит проанализировать и прошлое, выделив эпизоды, которые могут быть использованы против лица или организации. В зависимости от конкретной специфики полезно заранее разработать тактику защиты, отрицания либо убедительного оправдания.

Наконец, при наличии возможностей стоит задуматься и о контратаке на ресурсы, распространяющие компромат. Эффективный метод — ставить под сомнение объективность. Если в прошлом данная газета или сайт уличались в клевете и публикации заказных материалов, то, акцентируя на этом внимание, степень доверия к ним можно значительно снизить. Впрочем, наилучшим вариантом будет выигранный суд о защите чести и достоинства.

Компенсация за вред репутации: ВС указал, когда ее можно взыскать юрлицу

С 1 октября 2013 года вступили в силу изменения ГК, которые запретили юридическим лицам взыскивать компенсацию морального вреда. В марте уже этого года Президиум ВС разъяснил, что юридические лица могут защищать свою репутацию путем опровержения опубликованных сведений и взыскания убытков. Но петербургский университет решил, что все равно имеет право на миллионную компенсацию вреда, причиненного деловой репутации вуза от обличающей статьи в онлайн-издании. Дело дошло до ВС, который разъяснил, почему запрет юрлицам взыскивать компенсацию морального вреда не мешает им требовать возмещения вреда, который причинен репутации компании.

Читать еще:  Как написать доверенность в свободной форме

Опровержения мало для восстановления справедливости

Администрацию Санкт-Петербургского государственного университета профсоюзов возмутила публикация местного СМИ – Закс.ру. В заметке приводилась позиция молодежной общественной организации «Весна», которая обвиняла ректора вуза Александра Запесоцкого в нарушении конституционного права студентов на свободу слова.

Спустя полтора года после публикации Университет обратился в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском о защите деловой репутации к редакции сайта и его учредителю (дело № А56-58502/2015). Заявитель потребовал признать не соответствующей действительности и порочащей деловую репутацию вуза следующую информацию: «Администрация Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов (СПбГУП) и ректор Александр Запесоцкий нарушают 29-ю статью Конституции, гарантирующую гражданам свободу слова». Именно эти слова представителей движения «Весна» процитировало издание.

Кроме того, истец попросил обязать ответчика удалить статью с сайта издания, разместить опровержение и взыскать со СМИ 1 млн руб. в качестве компенсации вреда, причиненного деловой репутации вуза.

Первая инстанция признала, что материал порочит деловую репутацию вуза, но отказала во взыскании миллионной компенсации. По мнению суда, истец не представил доказательств, которые подтверждают реальные негативные последствия от выпущенной статьи для репутации университета. Судья Светлана Астрицкая постановила лишь удалить спорный материал с сайта издания, опубликовать опровержение и взыскать в пользу университета 6000 руб. за госпошлину.

Апелляция пришла к иному выводу и удовлетворила требования истца полностью. В своем решении апелляционная инстанция сослалась на то, что ответчиками по подобным спорам могут выступать не только авторы высказываний, но и те, кто эти сведения распространил (п. 5 Постановления Пленума ВС от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»). Арбитражный суд Северо-Западного округа отменил решение апелляции и оставил в силе акт первой инстанции.

ВС: «Юрлица могут возместить репутационный вред»

Университет не согласился с решением окружного суда и обжаловал его в Верховный суд, чтобы добиться оставления в силе акта апелляции. Адвокат Александр Макаров из АБ «Резник, Гагарин и партнёры», представляющий интересы истца, на судебном заседании уверял, что в процессе произошла подмена понятий: «Суды указали на то, что у истца нет права на компенсацию морального вреда, но заявитель просил о другом – возместить нанесенный репутационный вред, содержание которого отличается от первого».

Юрист подчеркивал, что ст. 152 ГК («Защита чести, достоинства и деловой репутации») в действующей редакции не исключает взыскания в пользу юридического лица репутационного нематериального вреда. ВС тогда отказал заявителю, оставив в силе акты первой инстанции и окружного суда. Таким образом, СМИ не придется выплачивать миллионную компенсацию (см. «ВС отказался взыскать миллионную компенсацию со СМИ»).

В своем акте ВС указывает на то, что запрет юрлицам взыскивать компенсацию морального вреда не мешает им требовать возмещения вреда, который причинен репутации компании. В подтверждение своей позиции судьи ВС ссылаются на Определение Конституционного Суда от 4 декабря 2003 года № 508-О: «Отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание».

Судебная коллегия по экономспорам ВС поясняет, почему она отказалась удовлетворять требования университета: истец не доказал определенного уровня своей деловой репутации и ее умаления.

Эксперты Право.ru: «По существу спор решен правильно»

Дмитрий Серегин, советник юридической фирмы «ЮСТ», объясняет, что в ГК под моральным вредом подразумеваются главным образом физические и нравственные страдания: «В этом смысле юридическому лицу моральный вред действительно не может быть причинен». Однако от морального вреда следует отличать вред деловой репутации, например, снижение доверия к юридическому лицу из-за распространения порочащих сведений, подчеркивает Серегин: «В таком случае пострадавшее юрлицо может потребовать возмещения убытков, но для этого оно должно доказать факт их наступления, связь с подрывом своей репутации и обосновать размер».

Анатолий Семенов, общественный омбудсмен по защите прав предпринимателей в сфере интеллектуальной собственности, считает спорной ссылку ВС на решение Конституционного суда. По его мнению, КС в своем Определении указывал не на допустимость применить «компенсацию морального вреда» по аналогии, а на возможность потребовать «компенсации убытков». Слово «компенсация» в таком контексте не обозначает специальную санкцию, а является синонимом «возмещения» или «взыскания», полагает юрист. Семенов сомневается, что позиция КС в таком случае может преодолеть прямое указание закона и создать новую категорию «нематериальных убытков».

Павел Хлюстов, адвокат, партнер КА «Барщевский и партнеры», уверен, что по существу спор разрешен правильно, но правовое обоснование заявленного требования как нематериальных убытков является неверным. Любые утверждения о том, что по своей правовой природе компенсация морального вреда юридическому лицу относится к неким «нематериальным убыткам», эксперт считает сомнительными, учитывая отсутствие соответствующей нормы в действующем законодательстве. Кроме того, не следует забывать, что взыскание морального вреда или нематериальных убытков по своей правовой природе является мерой юридической ответственности, поясняет Хлюстов: «Последняя может наступать только за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями (ст. 54 Конституции)». Спикер напоминает, что юрлицо может требовать взыскания вреда, который причинен его деловой репутации, используя нормы о взыскании убытков: «А не положения, которые регулируют компенсацию морального вреда, или режущие слух каждого юриста «нематериальные убытки».

Честь и достоинство: тонкости защиты деловой репутации

Деловая репутация юридического лица является неотъемлемым активом любого предприятия, от которого зачастую зависит его успех. Действующее российское законодательство гарантирует правовую защиту деловой репутации. А под вредом деловой репутации понимается всякое ее умаление, которое обусловлено распространением порочащих сведений.

Основным способом правовой защиты деловой репутации является возможность требовать по суду опровержения таких сведений, если распространившее их лицо не докажет, что они соответствуют действительности. В этом случае сложнее всего для суда разграничить, когда речь идет о фактах, которые можно проверить на соответствие действительности, а когда — об оценочных суждениях, выражающих субъективное мнение и взгляды автора, которые он вправе реализовать всеми не запрещенными законом способами. В недавнем обзоре судебной практики Верховного суда (ВС) в качестве примера приводится довольно резонансное дело, в рамках которого ФГУП «Российская телевизионная и радиовещательная сеть» (РТРС) обратилась в суд с иском против частного лица, потребовав признать сведения, распространенные ответчиком в интернете, порочащими репутацию. Предыстория такова: башкирское отделение РТРС планировало построить центр наземного телевещания на территории нескольких уфимских курганов. Для этого был объявлен конкурс на проведение на курганах археологических раскопок. В марте 2015 года в группе «Новости археологии» в социальной сети «ВКонтакте» сотрудница Национального музея Башкирии Светлана Воробьева раскритиковала этот тендер. Заявки, поданные на тендер, после этой публикации были отозваны.

Читать еще:  Классификация преступлений против правосудия

РТРС подала на Воробьеву в суд, ссылаясь на то, что она разместила в социальной сети «ВКонтакте» недостоверную информацию, порочащую деловую репутацию, следующего содержания: «Реальная стоимость работ занижена. является изначально демпинговой»; «Подобная конкурсная документация свидетельствует либо о полной некомпетентности ее составителей, либо о наличии коррупционной составляющей в виде договоренности с потенциальными исполнителями»; «Не станьте пешкой в руках мошенников!»; «. выставляет на конкурс тендер с незаконными практически условиями, нашелся археолог (опустим его фамилию), который за откат берет это на себя».

Нижестоящие суды (три инстанции) отказали в удовлетворении исковых требований. Они исходили из того, что оспариваемые сведения не порочат деловую репутацию РТРС, поскольку представляют собой высказанные ответчиком суждения и субъективное мнение относительно обсуждаемой проблемы. Однако почти год спустя судебная коллегия Верховного суда не согласилась с этим и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Коллегия ВС сослалась на то, что избранный автором стиль изложения указывает на наличие описываемых фактов в реальной действительности (занижение стоимости работ, установление демпинговой цены, некомпетентность составителей конкурсной документации, коррупционное и иное незаконное поведение, мошенничество).

В постановлении ВС была дана ссылка на решения Европейского суда по правам человека, который, хотя и защищает право автора информации на оценочное суждение, указывает на необходимость проводить тщательное различие между фактами и оценочными суждениями. Существование фактов может быть доказано, тогда как истинность оценочных суждений — не всегда. Последние должны быть мотивированы, но доказательства их справедливости не требуются. Как указал Верховный суд в постановлении по иску РТРС, перечисленные Воробьевой факты могут быть проверены на их соответствие реальной действительности. Указанный довод подтверждается и позицией самой Воробьевой, доказывавшей на суде, что ее утверждения соответствовали действительности.

Есть набор достаточно очевидных правил, которые могут помочь избежать предъявления иска о защите деловой репутации, которые тем не менее игнорируют многие авторы — особенно в случаях, когда представление доказательств тех или иных сведений является затруднительным.

  • избегать формулировок в форме утверждений;
  • при отсутствии четкой определенности, является ли высказывание автора оценочным суждением, имеет смысл сопровождать ее следующими маркерами: «на мой/наш взгляд», «по моему/нашему мнению» и т. д.;
  • уделять особое внимание информации, указывающей на противоправный характер поведения какого-либо лица, поскольку, как подтвердил Верховный суд, такая информация носит оскорбительный характер, следовательно, даже при условии ее изложения как субъективного мнения автора может быть основанием для заявления требования о защите деловой репутации.

Примечательно, что Европейский суд по правам человека в своих постановлениях отмечает, что свобода выражения мнения распространяется не только на информацию и мнения, воспринимаемые положительно, но и на оскорбительные, шокирующие или причиняющие беспокойство. Указанное является требованием плюрализма мнений, терпимости и либерализма, без которых бы не существовало демократического общества. Очевидно, что интересы защиты репутации должны ставиться в сравнение с интересами открытой дискуссии и острой общественной необходимости.

Факт распространения сведений, порочащих деловую репутацию, ставит вопрос и о выплате соответствующего денежного возмещения. Ныне действующая редакция статьи 152 Гражданского кодекса РФ исключает применение положений о компенсации морального вреда применительно к защите деловой репутации юридического лица. В связи с чем Верховный суд указывает на возможность юридического лица в случае умаления его репутации защищать свое право путем предъявления требования о компенсации убытков или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину). Размеры здесь разняться: истцы могут заявлять как символический один рубль возмещения, так и достаточно крупные суммы. При этом установления судом факта распространения ответчиком сведений, порочащих деловую репутацию истца, недостаточно для вывода о причинении ущерба деловой репутации и для выплаты денежного возмещения в целях компенсации за необоснованное умаление деловой репутации.

Например, в 2016 году Санкт-Петербургский гуманитарный университет профсоюзов (СПбГУП) обратился в арбитражный суд с исковыми требованиями к холдингу «Медиа.С-Пб». Университет требовал признать не соответствующими действительности и порочащими его деловую репутацию сведения на портале «Лениздат.ру», входящем в состав холдинга. Резонанс вызвала публикация об отчислении 150 студентов за активность в социальных сетях — например, за публикации (в том числе с использованием ненормативной лексики) в паблике «Подслушано в СПбГУП». Авторы статьи заявляли, что администрация университета нарушает 29-ю статью Конституции РФ, гарантирующую свободу слова. В исковом заявлении утверждалось, что подобная информация снижает конкурентоспособность университета, а это, в свою очередь, отражается на его экономическом положении. Истец требовал удаления публикации с сайте, а также взыскания с ответчика компенсации в размере 3 млн рублей и убытков в размере 2 153 800 рублей.

По мнению суда первой инстанции, порочащий характер сведений содержался в словах о 29-й статье Конституции, поэтому требования об удалении материала с сайта «Лениздат.ру» были удовлетворены. Однако взыскивать материальную компенсацию с медиахолдинга суд не стал, «поскольку истцом не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие как факт убытков в заявленном размере, так и то, что названные убытки обусловлены распространением ответчиком оспариваемых сведений».

Обратным же примером, когда была взыскана, пожалуй, самая большая компенсация нематериального вреда, является дело Альфа-банка против ИД «Коммерсант», рассмотренное в 2005 году, поводом для которого стала статья о появлении у банка финансовых проблем. В то время еще не существовало обширной практики взыскания подобной компенсации в пользу юридических лиц. Суд первой инстанции решил взыскать с «Коммерсанта» в пользу банка 20,5 млн рублей в возмещение убытков, причиненных распространением не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию банка сведений, и 300 млн рублей в возмещение репутационного вреда.

Постановлением апелляционной инстанции решение в части взыскания компенсации в размере 300 млн рублей было оставлено без изменения. При применении данного способа защиты деловой репутации банка суды исходили в том числе из реакции вкладчиков после прочтения газеты. Следствием заметки о проблемах в Альфа-банке стал отток вкладов более чем на 6 млрд рублей, что и представляет собой материальное выражение утраты доверия со стороны клиентов банка. При пересмотре дела суд кассационной инстанции указал, что нижестоящими судами не применены разумные и справедливые пределы нематериального вреда, и снизил размер компенсации до 30 млн рублей.

Стоит отметить, что, как правило, целью предъявления подобных исков является скорее не взыскание денежной компенсации, а пресечение будущих публикаций, которые могу негативно отразиться на деловой репутации.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector