Ослу каких теперь немало наследство автор

Стихотворения Демьяна Бедного

Счастливый Бенито

С фронта русского Бенито
Шлет невесте письмецо.
Он воюет знаменито.
Результаты — налицо.

«Что за люди, миа Бьянка,
В этой чертовой стране:
Здесь крестьянин и крестьянка
Партизан иль партизанка, —
Все участвуют в войне!

Надо быть всегда на страже:
Люди скрытны и хитры,
Здесь приходится нам даже
Опасаться детворы.

Случай был — один из многих:
Пред избушкою одной
Три подростка босоногих
В пляс пустились озорной.

Мы смеялись, чужестранцы —
Немцы, венгры, итальянцы, —
Ухватившись за бока.
Есть ли где на свете танцы
Удалее гопака?!

Но когда мы все, солдаты,
Закричали; «Молодцы!» —
Полетели в нас гранаты!
Вот они какие хваты,
Украинские мальцы!

Грохот, вопли, стоны, охи.
Той порой мальчишки — фить!
«Плясунов» средь суматохи
Было некому ловить.

Три советских пионера
Нам сплясали мастерски:
От красавца офицера
Лишь осталися куски,

Десять с ним солдат убито,
Вдвое — раненых; средь них
Я, удачливый Бенито,
Твой возлюбленный жених.

Сохранен святою девой,
Счастлив я. Тебе привет
Я пишу рукою. левой,
Потому что — правой нет!»

Товарищу

Морщины новые на лбу —
Тяжелой жизни нашей вехи.
Товарищ, кончим ли борьбу?
Товарищ, сложим ли доспехи?

Свободе нужен пьедестал,
Мы создадим его из стали.
Товарищ, знаю, ты устал.
И я устал. Мы все устали.

Я — не герой. Но ты — герой.
И крепок я — твоею силой.
О, как мне хочется порой
Прийти к тебе, товарищ милый!

Прийти. Взглянуть в твои глаза.
Смотреть в них долго с лаской нежной.
Еще не минула гроза,
И мы пред битвой неизбежной.

Мы будем биться. И следить
Я за тобою буду взглядом.
С тобой я должен победить
Иль умереть с тобою рядом!

Художник, боец, друг
Частушки

Говорила дураку:
Не курил бы табаку,
А сосал бы соску.
Рубль за папироску!

Исходила я все лавки,
Канифасу не нашла.
Пуд муки за три булавки
Я приказчику дала.

Ой, хохонюшки, хо-хой.
Ходит барин за сохой,
В три ручья он слезы льет:
Нашей кровушки не пьет!

Косит Федя на реке
В новом барском сюртуке.
Нарядился дуралей, —
Ты в поддевке мне милей!

На платочке я для Феди
Вышиваю буки-веди.
В Красной Армии, в бою,
Помни милую свою!

Будь я парнем, не девицей,
Была б вольною я птицей.
Не сидела б, не тужила,
В Красной Армии служила!

Черта с два!

Не та уж кровь. Не те уж годы.
Всё ж, не вписавшись в ворчуны,
На молодые хороводы
Люблю смотреть. со стороны.

Певец иного поколенья,
С немою радостью порой
Гляжу я, полный умиленья,
На комсомольский бодрый строй.

Враги хотят нас сжить со свету.
А комсомольская братва?!
Глядите, сила какова!
И у меня тревоги нету.
Чтоб уничтожить силу эту?
-Н-ну, черта с два!!

Читают Демьяна Бедного

Во времена, как говорится, в оны
Обычно слышались писательские стоны:
«Лицо читателя. Ах, каково оно!»
Нам было бы теперь стонать смешно, грешно,
Когда читают нас — культурно и умно —
-Не единицы — миллионы!
«Читатель — это сфинкс загадочно-немой!»
Какая глупая и злая небылица!
-Да вот образчик вам прямой:
Живая, свежая портретная страница!
-Пять деревенских ходоков,
Здоровых, кряжистых советских мужиков,
Которым «дом родной» — советская столица.

-И угощенье, и приют,
-И — по утрам — газетки подают!
Пускай враждебная лютует заграница,
Пусть эмигрантская на нас клевещет моль,
Я ей могу сказать с усмешкою: «Изволь,
Поганая ты моль, вглядеться в эти лица,
Как Пров, Корней, Артем, Савелий да Пахом,
Завороженные словесною игрою,
Смеются весело, довольные стихом,
В котором я тебя, моль каверзная, «крою».
«Эй, моль, — без родины, без денег, без царя!
-С десятилетьем. Октября!!»

Эстетик
Юной гвардии

Время темное, глухое.
И забитость и нужда.
Ой ты, времечко лихое,
Мои юные года!

Читать еще:  Оценка автомобиля для нотариуса по наследству люблино

Перед кем лишь мне, парнишке,
Не случалось спину гнуть?
К честным людям, к умной книжке
Сам протаптывал я путь.

Темь. Не видно: ров иль кочка?
Друг навстречу или гад?
Сиротливый одиночка,
Брел я слепо, наугад.

Вправо шел по бездорожью,
Влево брал наискосок, —
И дрожал пугливой дрожью
Мой незрелый голосок.

Нынче красной молодежи
В дядьки я уже гожусь.
На ребяческие рожи
Всё гляжу — не нагляжусь.

Зашумит ли резвым роем
В светлых залах новых школ,
Иль пройдет военным строем
Предо мною Комсомол,

Я, состарившись наружно,
Юным вновь горю огнем:
«Гей, ребятки! В ногу! Дружно!
Враг силен. Да шут ли в нем?

Враг стоит пред грозной карой.
Мы — пред заревом побед!»
Юной гвардии от старой
Героический привет!

Я б хотел.

Выхожу один я на дорогу,
Вдалеке народный слышен гул.
Буржуа в испуге бьют тревогу:
«Заговор. Спасайте. Караул. »

Буржуа звериным воют воем:
«Смерть ему. Распять его, распять. »
Мне грозит «их» Церетели боем,
Отступил и забурлил опять:

Загремел начальственно-солидно,
Задымил казенным сургучом.
Что же мне так больно и обидно?
Страшно ль мне? Жалею ль я о чем?

Не страшусь, пожалуй, ничего я, —
И не жаль буржуев мне ничуть:
Пусть они все изойдут от воя,
Знаю я, что путь мой — верный путь.

Богачам, конечно, я опасен:
Порох сух и только ждет огня.
Но чтоб всем был этот вывод ясен,
Я б хотел, чтоб взяли в кнут меня.

Но не так, как в оны дни пороли,
Давши власть злым полицейским псам:
Я б хотел, чтоб в этой чистой роли
Церетели выступил бы сам;

Чтобы, всю таблицу наказаний
Прописавши на моей спине,
Дал он всем понять без толкований,
Что достоин порки я вполне;

Чтоб я мог, вновь натянув опорки,
Всем сказать спокойно, не грозя:
«Чтите власть. и ждите доброй порки:
Управлять иначе — «им» нельэя. »

Я верю в свой народ

Пусть приняла борьба опасный оборот,
Пусть немцы тешатся фашистскою химерой,
Мы отразим врагов. Я верю в свой народ
Несокрушимою тысячелетней верой.

Он много испытал. Был путь его тернист.
Но не затем зовет он родину святою,
-Чтоб попирал ее фашист
-Своею грязною пятою.

За всю историю суровую свою
Какую стойкую он выявил живучесть,
Какую в грозный час он показал могучесть,
Громя лихих врагов в решающем бою!
Остервенелую фашистскую змею
-Ждет та же злая вражья участь!

Да, не легка борьба. Но мы ведь не одни.
Во вражеском тылу тревожные огни.
-Борьба кипит. Она в разгаре.
Мы разгромим врагов. Не за горами дни,
-Когда подвергнутся они
Заслуженной и неизбежной каре.

Она напишется отточенным штыком
Перед разгромленной фашистскою оравой:
«Покончить навсегда с проклятым гнойником,
Мир отравляющим смертельною отравой!»

ЛитЛайф

Жанры

Авторы

Книги

Серии

Форум

Бедный Демьян

Книга «Стихотворения»

Читать

Демьян Бедный. Стихотворения

Боевой запевала рабочего класса

Ефим Алексеевич Придворов — таково подлинное имя поэта — родился в 1883 году на Херсонщине, в деревне Губовке, в семье крестьянина-бедняка. Детство его было неуютным, полным невзгод и лишений. С трех до семи лет он жил в Елисаветграде, где его отец служил сторожем при духовном училище. Размещались они вдвоем в подвальной каморке, жили на скудное отцовское жалованье. Мать появлялась у них редкими временами, и чем реже эти времена случались, тем это было для мальчика спокойней и лучше, потому что она была женщиной неуравновешенной, обращалась с сыном жестоко и грубо, и он ее не любил. Когда с семи лет он снова попал в деревню, воспитывался он фактически у деда Софрона, удивительно душевного старика, оставившего в его памяти добрый, несмываемый след.

Из жалкой деревенской юдоли будущий поэт попадает в казарменную обстановку киевской военно-фельдшерской школы, заканчивает ее и некоторое время работает фельдшером в елисаветградских казармах. Но очень рано пробудившаяся страсть к книге, интерес к литературе не оставляют Придворова. Он много и упорно занимается самообразованием и уже на двадцать втором году жизни, сдав экстерном за гимназический курс, становится студентом историко-филологического факультета Санкт-Петербургского университета.

Читать еще:  Оценка автомобиля для нотариуса по наследству в митино

Это было в 1904 году, накануне первой русской революции. В годы университетской учебы, в обстановке, когда в стенах «храма науки» на Васильевском острове все кипело сходками, манифестациями, демонстрациями, шел сложный процесс формирования и становления личности будущего поэта. В своей биографии Д.Бедный писал:

«После четырех лет новой жизни, новых встреч и новых впечатлений, после ошеломительной для меня революции 1905–1906 годов и еще более ошеломительной реакции последующих лет я растерял все, на чем зиждилось мое обывательски-благонамеренное настроение».

В 1909 году в журнале «Русское богатство», редактируемом В.Г.Короленко, появляется новое литературное имя — Е.Придворов. Но и стихи, подписанные этим именем, и дружба с ветераном народнической поэзии П.Ф.Якубовичем-Мельшиным были лишь коротеньким перепутьем на жизненном и творческом пути поэта.

«…В 1911 году я стал печататься в большевистской — славной памяти — „Звезде“, — сообщал он в своей автобиографии. — Мои перепутья сходились к одной дороге. Идейная сумятица кончилась. В начале 1912 года я был уже Демьяном Бедным…»

В том же году, 5 мая по новому стилю, у петербургского пролетариата появилась новая газета «Правда» — набатный колокол переходящего в наступление рабочего класса и его ленинской большевистской партии.

В правом нижнем углу первой страницы первого номера газеты за подписью «Е.Придворов» было напечатано стихотворение, начинавшееся словами:

Том 1. Стихотворения 1908-1917

А. Волков. Демьян Бедный

Демьян Бедный вошел в историю советской литературы как один из ее основоположников, выдающийся мастер поэтического слова. Его мужественная, всегда насыщенная острым политическим содержанием поэзия – сатира и патетическая лирика, поэмы, басни и эпиграммы – была глубоким выражением чувств и дум, чаяний и надежд народа. Творчество поэта представляло собой художественную летопись борьбы, подвигов и достижений великого русского народа. Советское правительство уже в 20-е годы высоко оценило своеобразную и огромную по размаху деятельность Демьяна Бедного. В обращении Президиума ВЦИК в связи с награждением поэта орденом Красного Знамени он был назван «поэтом великой революции». «Произведения ваши, – говорилось в обращении, – простые и понятные каждому, а поэтому и необыкновенно сильные, зажигали революционным огнем сердца трудящихся и укрепляли бодрость духа в труднейшие минуты борьбы».

Неразрывная связь с революцией, ясность, доступность широким трудящимся массам – таковы отличительные особенности поэзии Бедного. Они проявились еще в его дооктябрьском творчестве, они кристаллизовались и углублялись по мере идейного роста поэта, его активного участия в борьбе за победу революции, за победу социализма в нашей стране.

Детство Ефима Алексеевича Придворова, будущего пролетарского поэта Демьяна Бедного, было тяжелым и безрадостным.

Родился он в 1883 году, в деревне Губовке, Херсонской губернии, в крестьянской семье. Первые годы жизни провел в Елизаветограде, где обосновался его отец, Алексей Придворов, ушедший из деревни на заработки. Семи лет мальчик вновь попал в Губовку. Ему пришлось испытать там голод и холод, побои измученной и озлобленной непосильным трудом матери. Единственным близким мальчику человеком был в эти годы его дед Софрон, отличавшийся большой житейской мудростью, душевной добротой и чистотой. О нем, уже став поэтом, Бедный вспоминал в ряде своих стихотворений. Окончив сельское училище, мальчик поступает в Киевскую военно-фельдшерскую школу. Любознательный и способный подросток успешно учится, с увлечением читает произведения Крылова, Грибоедова, Пушкина, Лермонтова, Некрасова. В эти же годы он и сам пробует писать. В конце 90-х и начале 900-х годов появляются в печати первые, очень слабые, подражательные стихи Е. Придворова. Два из них были напечатаны в газете «Киевское слово» за 1899 год, одно – в «Сборнике русских поэтов и поэтесс» 1901 года.

Читать еще:  Оформление машины после вступления в наследство

По окончании военно-фельдшерской школы Е. Придворов попадает на военную службу, которая тяготит его. Заветною мечтою юноши был университет. Успешно выдержав экстерном экзамен за восемь классов гимназии, Е. Придворов получает аттестат зрелости и в 1904 году поступает на историко-филологический факультет Петербургского университета. Пребывание в университете совпало с нарастанием в стране освободительного движения, завершившегося первой русской революцией. Этот революционный подъем сказался на настроениях студенчества, горячо сочувствовавшего борьбе народа с самодержавием. Окружавшей его передовой молодежи Ефим Придворов был в значительной степени обязан коренным переломом в своих ранее благонамеренных обывательских настроениях, которые привили ему царская военная школа и армия. «После четырех лет новой жизни, новых встреч и новых впечатлений, – вспоминал он впоследствии, – после ошеломительной для меня революции 1905–1906 годов и еще более ошеломительной реакции последующих лет я растерял все, на чем зиждилось мое обывательски-благонамеренное настроение».

И в годы реакции, последовавшей за первой русской революцией, стихотворения поэта были насыщены пафосом демократических идей. Уже в этих стихотворениях, обличавших зверские расправы самодержавия с народом, выражалась надежда на близость перемен в общественной жизни страны, на «конец лихолетья», реакции. Молодого поэта одушевляла глубокая вера в победу восставшего народа, который произнесет суровый приговор царским палачам («Сынок», «О Демьяне Бедном, Мужике Вредном», «Чудных три песни…» и др.). Не случайно некоторые из ранних стихов Придворова были или отклонены редакцией либерально-народнического «Русского богатства», или запрещены цензурой и появились значительно позже в большевистской газете «Звезда». Однако в годы столыпинской реакции Е. Придворов не осознает еще всей сложности социальных противоречий окружающей его действительности, не выходит в своем творчестве за рамки общедемократических идей. Характер и пути грядущей революции пока еще не ясны для него. Только сближение с большевистской печатью и – через нее – с партией и ее руководителями идейно воспитывает поэта, формирует его мировоззрение, превращает писателя-демократа Е. Придворова в поэта передового революционного пролетариата- Д. Бедного. Связи поэта с большевистской прессой устанавливаютсяс 1911 года, со времени его работы в газете «Звезда». Революционный подъем 1912–1914 годов способствовал оживлению пролетарской литературы. Накануне первой империалистической войны вокруг легальных большевистских изданий, одним из которых являлась и газета «Звезда», объединяются передовые пролетарские писатели, бывшие в то же время профессиональными революционерами: А. А. Богданов, А. Гмырев-Михайлов, Л. Зилов и др. В их среду и входит молодой поэт Е. Придворов.

Вспоминая о начале его сотрудничества в «Звезде», правдист М. Ольминский писал: «Демьян Бедный не был новичком в печати. Его стихотворения за подписью „Е. Придворов“ появлялись в народнических и кадетских изданиях. Он не был марксистом, но внутренне тяготел к наиболее левым течениям. И когда стала выходить „Звезда“ чисто большевистского характера, он почувствовал к ней особую симпатию; сначала стали получаться по почте его стихи, а затем явился и сам автор. Вскоре он стал посещать ночную редакцию (в типографии) чуть ли не ежедневно. Здесь, в дружеских беседах, среди ночной газетной сутолоки, проявилась в Е. Придворове потребность в боевых литературных выступлениях, и родился на свет баснописец Демьян Бедный. Его очень быстро стал высоко ценить т. Н Ленин, тогда как многие другие товарищи долго косились на пришельца».

Трудно переоценить идейное влияние большевистской прессы на Е. Придворова. Несомненно, что и общение его с редакторами и сотрудниками «Звезды», «дружеские беседы» с ними, о которых говорит Ольминский, и чтение работ В. И. Ленина и И. В. Сталина – все это воспитывало молодого поэта, вело его в лагерь передового пролетариата. Именно в «Звезде», а потом в «Правде» формируется талант поэта революции Д. Бедного. Позже, вспоминая об этом периоде своей жизни, он говорил: «Мои перепутья сходились к одной дороге. Идейная сумятица кончалась. Вначале 1912 года я был уже Демьяном Бедным».

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector